Случайная фотография

Увеличить

Рекламные ссылки

Блог

Захар Прилепин "Обитель"

15.06.2018

Тэги: книги

"...Пока есть отец - я спрятан за его спиной от смерти. Умер отец - выходишь один на один... куда? К Богу?"

Роман о жизни Соловецкого лагеря особого назначения в 30-х годах XX века, точнее микрокосме, который был выстроен на его основе. Прилепин пишет очень хорошо, определенно он будет потомками восприниматься как классик русской литературы.

"...Артём забрался с головой куда-то в глубину, в нору, в собственное тепло, в детство, в материнскую утробу, в отцовский живот, в далёкое и надёжное, как земля, сердцебиение и смутноразличимое полузвериное бормотание прародителей, донёсших его суматошную жизнь из лесных, меж чудью и мордвой, дебрей, из-под печенежского копыта, половецкого окрика, из путанных перепутий меж Новгородом, Киевом, Суздалем, Рязанью и Тьмутараканью, из-под татарского меткого глаза, смуты и чумной заразы, стенькоразинских пожаров, через год на третий неурожаев, из-под копыт опричнины, петровской рекрутчины, туретчины, неметчины, кабацкой поножовщины, бабьего бесплодья, засухи и половодья, водяного, лешего, конного, пешего, порки на конюшне, соседской злобы, любого из его рода, застрявшего по пути на Божий свет посреди утробы, - донёсших вот сюда, на Соловецкий остров."

Артём спал, зажмурившись изо всех сил, и во сне словно бы летел на узкой лодке по стремительной и горячей реке своей собственной крови - и течение этой крови уводило его всё дальше во времена, где на одном повороте реки тянули изо всех сил тетиву, по перетягивали ровно на волосок - и стрела падала за спиной его праотца, а на другом повороте - стреляли из пушек, но во всякое ядро упирался встречный ветер, и оно пролетало на одну ладонь мимо виска его прадеда, а на третьем повороте - его прабабка, ещё когда была в девках, а верней - в детках, скатилась, ей и двух лет не было - с порожка, пока все были на покосе, и уползла ровно настолько, чтоб не сгореть, пока заходился и разгорался огонь в избе, а на четвёртом повороте - прабабка этой прабабки не умерла от родильной горячки после первых родов, ей оставалось родить ещё семерых, и седьмым был прямой предок Артёма, а на пятом повороте - прапрадед его прапрадеда на берегу косил траву, совсем ещё пацаном, утомился, заснул, получил смертельный солнечный удар в затылок, мог бы и не проснуться, но его нерасторопного соседа толкнул назойливый ангел под руку, и тот пошёл на ту же полянку, сам не зная зачем, и прапрадеда прадеда нашёл, и разбудил, и держал под грудки, пока тот блевал в свежепокошенную траву, и на всех остальных поворотах вся остальная многолицая и глазастая родня Артёма тоже тонула, опухала с голода, угорала, опивалась, была бита кнутом, калечена, падала с крыш и колоколен, попадала под лошадь, пропадала в метелях, терялась в лесу, проваливалась в медвежью берлогу, встречалась с волчьей стаей, накладывала на себя руки, терпела палаческую пытку, но всякий раз не до самыя смерти, - по крайней мере, не умирала ровно до того дня, пока мимо не проплывала лодка Артёма, - и только этого возможно было сходить под землю и растворяться в ней.

Приход его в мир был прямым следствием череды несчётных чудес."




 

Комментировать

Для добавления комментария необходимо авторизоваться через социальные сети.

Подписаться на комментарии: Подписаться на комментарии через RSS RSS